Процессуальное искусство

Существенная особенность культуры авангарда — отрицание границ между искусством и жизнью. Поэтому художественным произведением может считаться не только готовый результат работы художника, но и её процесс. Более того, «объектом искусства» становится сам художник: скандально-игровой стиль жизни футуристов, дадаистов, сюрреалистов — неотъемлемая часть соответствующих артистических движений. Наконец, поп-арт объявил искусством буквально всё вокруг.

В рамках поп-арта зародился хэппенинг (англ. happening - происходящее»). Это абсурдное ейство, разыгрываемое художниками на публике без определённого сценария. Исход такой акции должно решить участие вовлекаемых в неё случайных прохожих. Человек, бьющий живой курицей по струнам рояля; студенты, облизывающие кузов автомобиля; девица в ванне с фруктовым соком — ешё не самые замысловатые примеры подобных провокационных постановок.

Впервые хэппенинг был устроен в 1959 г. в Нью-Йорке Алланом Капроу. Его натолкнул на эту идею опыт абстракциониста Джексона Поллока, который писал свои композиции стоя в центре холста. Капроу тоже ощутил себя художником, создающим картину «изнутри», только «холстом» для него была улица, а «красками» — многообразие характеров и настроений её обитателей. В 60-х гг. хэппенингом занимались Джим Дайн, Рой Лихтенштейн, и Роберт Раушенберг в США, Ив Кляйн (1928—1962) во Франции, Йозеф Бойс (1921 — 1986 гг.) в Германии.

Сходная практика создания парадоксальных ситуаций в Европе получила название флюксус (лат. fluxus — «поток»).

В 70-х гг. в культуре концептуализма хэппенинг преобразился в перформанс (англ. performance — «выступление», «представление»). В отличие от стихийных импровизаций шестидесятников «живые картины» перформанса режиссировались и приобретали ритуально-символический подтекст.

Балдахин базилики Святого Петра в Ватикане, выполненный Лоренцо Бернини, является ярким представителем художественного стиля, господствующего в это время в архитектуре. Работая над пространством в области главного алтаря, Бернини совместил первоначальную идею с существовавшей прежде идеей 12-колонной пергулы, которая находилась в конце нефа в Старой базилике, построенной при Константине. Размер балдахина соотносится с пространством под исполненным Микеланджело куполом, который имеет динамическую и ясную структуру и является символическим центром собора. Колористическая игра золотого и черного, контрастирующих с белыми пилястрами показывает, как исчезает граница между различными видами искусства в этом произведении, где мы видим сколь велико было желание эффектно смешать естественные и архитектурные формы.